Рубрики
Старение человека

Как прожить хорошую жизнь, с осознанием неминуемой смерти.

Статья написана адъюнкт-профессором психиатрии в Университете Квинсленда Уорреном Уордом. Он пишет о философии, культуре и истории идей. Его книга «Любители философии» о любовной жизни семи континентальных философов будет опубликована в 2021 году.

“Несмотря на все наши медицинские достижения — шутил мой друг Джейсон — уровень смертности остается неизменным — одна смерть на человека.”

Мы с Джейсоном изучали медицину в 80-х годах. Вместе со всеми остальными студентами нашего курса мы провели шесть долгих лет, пытаясь запомнить всевозможные недуги человеческого тела. Мы усердно трудились над учебником под названием «Патологические основы болезней», он описывал все заболевания, которые могли постигнуть человека. Неудивительно, что студенты-медики становятся ипохондриками, приписывая настораживающие причины любому уплотнению, шишке или сыпи, которые они находили у себя.

Часто повторяемое наблюдение Джейсона напомнило мне, что смерть и болезнь — неизбежные аспекты жизни. Однако, иногда кажется, что на Западе мы развили бредовое отрицание этого факта. Мы вкладываем миллиарды в продление жизни с помощью все более дорогостоящих медицинских и хирургических процедур, большинство из которых используются в наши последние, дряхлые годы. С точки зрения общей картины, это кажется бесполезной тратой наших драгоценных долларов здоровья.

Не поймите меня неправильно. Если меня поразит рак, болезнь сердца или любое из бесчисленных опасных для жизни заболеваний, о которых я узнал в медицине, я хочу получить все бесполезные и дорогие методы лечения, которые только существуют. Я ценю свою жизнь. На самом деле, как и большинство людей, я ценю жизнь превыше всего остального. Но также, как и большинство, я склонен не ценить свою жизнь, пока не столкнусь с неизбежностью того, что у меня ее отнимут.

Другой мой старый друг, Росс, изучал философию, тогда как я изучал медицину. В то время он написал эссе под названием «Смерть-Учитель», которое произвело на меня глубокое впечатление. Он утверждал, что лучшее, что мы можем сделать, чтобы всегда помнить о ценности жизни, – это постоянно держать мысль о неизбежности смерти на переднем плане сознания.

Австралийская медсестра по паллиативной помощи Бронни Уэр опросила несколько десятков человек за три месяца до смерти. Уэр спрашивала о чем они больше всего сожалеют. Среди ответов, опубликованных в ее книге «Пять главных сожалений умирающих» (2011), были:

  1. Жаль, что у меня не хватило смелости прожить жизнь так, как хотел я, а не другие;
  2. Жаль, что я так много работал;
  3. Жаль, что у меня не хватило смелости выразить свои чувства;
  4. Жаль, что я мало общался с друзьями;
  5. Жаль, что я не позволил себе быть счастливее.

Связь между осознанием собственной смертности и ведением полноценной жизни волновала немецкого философа Мартина Хайдеггера, чьи работы вдохновили Жан-Поля Сартра и других экзистенциалистских мыслителей. Хайдеггер сокрушался, что слишком много людей тратят свою жизнь впустую, гоняясь за «стадом», вместо того чтобы быть верными самим себе. Но Хайдеггер на самом деле изо всех сил старался жить в соответствии со своими собственными идеалами; в 1933 году он вступил в нацистскую партию, надеясь, что это поможет его карьерному росту.

Несмотря на существующие недостатки, идеи Хайдеггера оказали влияние на широкий круг философов, художников, теологов и других мыслителей. Хайдеггер считал, что понятие Бытия, введенное Аристотелем, которое на протяжении более 2000 лет пронизывало западное мышление и играло важную роль в развитии научного мышления, дало трещину на самом фундаментальном уровне. В то время как Аристотель рассматривал все сущее, включая человека, как вещи, которые мы можем классифицировать и анализировать, чтобы расширить наше понимание мира, в своей книге «Бытие и время» (1927) Хайдеггер утверждал, что, прежде чем мы начнем классифицировать бытие, мы должны сначала задать вопрос: «От кого или от чего эти вопросы исходят?»

Хайдеггер указывал, что мы, задающие вопросы о Бытии, качественно отличаемся от всего остального, что существует помимо нас: скал, океанов, деревьев и насекомых, о которых мы спрашиваем. Он придумал специальное слово для этого Бытия, которое одновременно вопрошает, смотрит и заботится. Он называл это Dasein, что приблизительно переводится как «быть там». Исследователь ввел термин Dasein, потому что считал, что мы стали невосприимчивы к таким словам, как «личность», «человек» и «человеческое существо», воспринимая собственное сознание как данность.

Философия Хайдеггера остается привлекательной для многих, кто видит, как наука изо всех сил пытается объяснить опыт бытия нравственного, заботливого человека, осознающего, что его драгоценная, таинственная, прекрасная жизнь однажды подойдет к концу. Согласно Хайдеггеру, именно осознание собственной неизбежной гибели заставляет нас, в отличие от камней и деревьев, желать сделать свою жизнь стоящей, придать ей смысл, цель и ценность.

В то время как Западная доказательная медицина, основанная на аристотелевском мышлении, рассматривает человеческое тело как материальную вещь, которую можно понять, исследуя и разбивая ее на составные части, как и любую другую материю, онтология Хайдеггера ставит человеческий опыт в центр нашего понимания мира.

Десять лет назад мне диагностировали меланому. Как врач, я знал, насколько этот вид рака может быть агрессивным и скоротечным. К счастью для меня, операция помогла и привела к выздоровлению (постучите по дереву). Но мне повезло и в другом смысле. Я осознал, как никогда раньше, что в конце концов умру – если не от меланомы, то от чего-то еще. С тех пор я стал гораздо счастливее. Для меня это осознание, принятие факта того, что я умру, не менее важно для моего благополучия, как и все достижения медицины, потому что напоминает мне жить полной жизнью каждый день. Я не хочу испытывать сожаление, о котором Уэр слышала чаще всего, что я не жил «так, как хотел».

Большинство восточных философских традиций считают осознание смертности основой для хорошо прожитой жизни. Так, Тибетская Книга Мертвых, например, лежит в основе тибетской культуры. Тибетцы проводят много времени, живя со смертью, — такой оксюморон.

Величайший философ Востока, Сиддхартха Гаутама, также известный как Будда, осознал как важно всегда иметь мысль о смерти в поле зрения. Он считал желание причиной всех страданий и советовал нам не слишком привязываться к мирским удовольствиям, а сосредоточиться на более важных вещах, таких как любовь к другим, достижение спокойствия ума и осознание себя в настоящем.

Последнее, что Будда сказал своим последователям, было:

«Разложение присуще всем составным вещам! Трудитесь над своим спасением с усердием!».

Сиддхартха Гаутама

Врачебная практика каждый день напоминает мне о хрупкости человеческого тела, о том, что смерть поджидает нас буквально за каждым углом. Однако, как психиатр и психотерапевт, я также помню, какой пустой может быть жизнь, если у нас пропадает ощущение смысла или цели. Осознание смертности, конечности нашей драгоценной жизни может, как это ни парадоксально, побудить нас искать – и, если необходимо, создавать — смысл, которого мы так отчаянно жаждем.

Перевод: Марина Губарева

Редактор: Любовь Соковикова

Выпускающий редактор: Виталий Соковиков

Материал подготовлен специально для Crithin.ru

Обнаружили ошибку или у вас остались вопросы? Напишите нам: crithin@crithin.ru

Добавить комментарий